Принцип ограниченной ответственности участников хозяйственных обществ и корпоративный контроль: взаимосвязь и перспективы развития правового регулирования

Аннотация

Актуальность темы обусловлена отсутствием системного подхода в законодательстве касательно механизма игнорирования принципа ограниченной ответственности учредителей (участников) хозяйственных обществ и параллельно формирующейся в этой сфере судебной практике, развивающей общие положения о недопустимости злоупотребления правом. Авторами обосновывается неструктурность и бесперспективность подхода применения доктрины «снятия корпоративной вуали», целиком основанного на парадигме злоупотребления правом. Исследование включает в себя три этапа. Во-первых, признавая корпоративный контроль образующим элементом доктрины «снятия корпоративной вуали», авторы рассматривают его место в динамике правового регулирования через призму теории правоотношения и юридических фактов. Во-вторых, производится анализ судебной практики, демонстрирующей реализацию законодательного регулирования в исследуемой плоскости на примерах преодоления судами принципа ограниченной ответственности участников хозяйственных обществ, в том числе, в случаях использования конструкции юридического лица для обмана кредиторов, недокапитализации общества и смешения его капитала с капиталом участников. В-третьих, обнаружив «обрыв» в динамике правового регулирования при использовании предлагаемых судебной практикой инструментов, первоочередно включающих в себя оценку добросовестности, авторы моделируют «развертывание» сущности юридического лица до момента, когда в ней обнаруживается влияние эксцессов волеобразования в корпорации. По результатам системного анализа формулируются выводы о взаимосвязи самостоятельности юридического лица, «снятия корпоративной вуали» и корпоративного контроля. Проведенное исследование завершает резюмирующая позиция авторов о необходимости признания за методологией применения судами ст. 10 ГК РФ в рассматриваемом аспекте лишь временного характера, а также о потребности в этой связи в развитии общего родового нормативного регулирования.