Правовая природа цифровых финансовых активов и особенности их гражданско-правового оборота в системе внешнеэкономических сделок

Аннотация

ВведениеВведение. Смена технологической парадигмы, обозначаемая в литературе как четвертая промышленная революция, привела к трансформации среды обращения информации и появлению особых нематериальных объектов – цифровых прав. В ответ на запрос правовой регламентации российский законодатель сформировал собственный подход к регулированию цифровых финансовых активов, который заметно расходится с распространенной за рубежом моделью токенизации.ЦельЦель. Выявление особенностей российской модели регулирования цифровых финансовых активов, формирующейся по пути точечной токенизации ограниченного круга имущественных прав, а также оценка ее влияния на гражданско-правовой оборот и внешнеэкономические операции. Дополнительная цель – выработать предложения по преодолению нормативных коллизий, связанных с дуалистической природой цифровых финансовых активов и их «выпадением» из традиционной конструкции объектов внешнеторговых сделок.МетодыМетоды. Формально-юридический анализ российского законодательства о цифровых финансовых активах, гражданском и валютном регулировании, системно-структурный подход к выявлению места цифровых финансовых активов в системе объектов гражданских прав, а также сравнительно-правовой метод при сопоставлении российской модели точечной токенизации с зарубежными моделями широкого охвата цифровыми записями разнообразных активов. Использовались элементы доктринального и казуального анализа для исследования научных позиций, судебной и договорной практики, а также функциональный подход для раскрытия двойственной роли цифровых финансовых активов.РезультатыРезультаты. Установлено, что российский законодатель сформировал узкий, жестко очерченный контур допустимой токенизации, ограничив цифровые финансовые активы денежными требованиями, правами по эмиссионным ценным бумагам, корпоративными правами в непубличных АО и требованиями о передаче ценных бумаг. Показано, что во внешнеэкономической плоскости цифровые финансовые активы оказываются вне классической схемы «товары – работы – услуги – результаты интеллектуальной деятельности», что осложняет квалификацию трансграничных операций и выбор режима валютного контроля. Выявлена дуалистичность правовой природы цифровых финансовых активов: они одновременно выступают самостоятельным объектом гражданских прав и специальным способом фиксации обязательственных притязаний в распределенном реестре. Отмечено противоречие между технологическим потенциалом распределенных реестров и консервативной моделью регулирования, исключающей криптовалюты, публичные АО и гибридные инструменты (включая стейблкоины).ВыводыВыводы. Сделан вывод о необходимости пересмотра конструкции цифровых финансовых активов: закрепления в законе их обязательственного характера и оборотоспособности лежащих в основе требований; разворачивания экспериментальных правовых режимов для гибридных цифровых инструментов и токенизированных акций публичных обществ; внедрения особого вида внешнеэкономической сделки с двойным предметом, в рамках которой цифровые финансовые активы рассматриваются как цифровой сертификат обязательства, а не окончательный объект купли-продажи. Это позволит согласовать внешнеэкономическую природу таких операций с использованием распределенного реестра как технической инфраструктуры их документирования и исполнения.